Тварьчество
Фэндом: Mass Effect
Персонажи: ОМП
Рейтинг: PG-13
Жанры: Ангст, Психология
Описание: Немного о жизни и нравах простых церберовских оперативников.

это - Джим. и это - Джим.
каждый из них одержим, но только один из них знает, что одержим (с)



В некоторых ячейках "Цербера" есть занятный обряд посвящения для новичков. Приобретается рабыня-кварианка и вас с нею на какое-то время оставляют наедине. Можно изнасиловать. Можно убить. Или не сделать ничего, но стоит ли удивляться, если впоследствии тебя сочтут трусом. Алекс просто снял со своей шлем, галантно угостил куском пиццы с общего стола (насколько можно быть галантным, когда твоя спутница истерически рыдает и дергается, пытаясь избавиться от наручников, а угощение приходится заталкивать даме в глотку силой) и засек время. Он еще никогда не видел, как задыхаются. Предсмертные хрипы - тоже музыка, если умеешь слушать правильно. Только взгляд у умирающих одинаковый, каким способом ни убивай. Молящий и... разочарованный? Так смотришь, когда окончательно убеждаешься в собственной беспомощности.
Алекс боится однажды встретить такой в зеркале.
Когда остальные члены отряда, пьяные и отпускающие сальные шуточки в его адрес, вваливаются в комнату, он как раз заканчивает полировать кварианский шлем рукавом униформы. Впоследствии шлем занял место на подоконнике в его квартире, между двумя медленно зарастающими паутиной кадками с цветами.
Рабочая атмосфера. Это важно.
Алекс пошел в Цербер не из-за денег и не из-за ненависти к инопланетянам. Их он ненавидел не больше, чем тех муравьев, что в детстве давил подошвами лакированных ботинок. Тогда была особая игра, считать, что красные муравьи ведут давнюю борьбу с черными, но по справедливости заслуживают кару и должны быть истреблены. Представители других рас в его глазах были теми же муравьями.
Теперь муравьи были повсюду. Шептались за стеной, улыбались на полевой кухне, звали куда-то, вываливали перед ним содержимое своих голов и сердец. Держи, смотри, мы такие же, как ты, доверяй нам. Алекс смотрел - стеклянными глазами. Отвечал - дежурными фразами. Мысленно воздвигал вокруг себя прозрачную стену. Этот прием он подцепил у школьного психолога. Отчаявшись научить мальчика налаживать отношения с одноклассниками, тот предложил красочный вариант игнорирования их насмешек.
До нынешних времен стена держалась. Теперь, Алекс чувствовал это, шла трещинами, готовясь рухнуть и засыпать его осколками. Стреляя улыбками, он представлял, как сжимает пальцы на их шеях. Приставляет к вискам пистолет. Смотрит на кровь. Фиолетовую, зеленую... это и кровью-то назвать сложно. Никто не осуждает за расстрел коробки с красками.
Разумеется, работа должна быть завершена. "Бесценные сведения", полученные Альянсом от перебежчиков Цербера, были, по большей части, бесполезны. Сведения, которые он передавал в Цербер раз в неделю по защищенному каналу связи, действительно могли пригодиться.
Великая цель. Общее дело.
Новые трещины на стене. Однажды он убьет их, убьет их всех. И это будет правильно.
***
"Руководитель проекта сказал, что когда он смотрит на «Цербер», то видит свое уродливое прошлое – длинную череду шантажа и убийств. А когда смотрит на Альянс, собравший расы со всех уголков галактики, чтобы остановить Жнецов, то видит будущее".
Адриан нервно тыкает в слово "уродливое", промахиваясь мимо нужной кнопки на инструметроне, но со второй попытки все-таки отключает его.
Какой феерический бред.
Адриан не помнил Цербер как череду шантажа и убийств.
В первую очередь, он помнит друга. Того самого, с веснушками и вечными безумными идеями. Давай построим дом на дереве. Давай ночью искать оборотней в лесу. Давай улетим к звездам. Давай уйдем в Цербер. Там же Шепард! Шепард он уважал безмерно, дошел даже до покупки ВИ с её лицом. Сказывался тот факт, что успел побывать с экскурсией на Цитадели аккурат в момент триумфальной победы над Властелином и мельком увидел "женщину своей мечты".
ВИ несла бред и искрила, грозясь вызвать короткое замыкание. Друг смеялся.
Кажется, она так и осталась стоять в его комнате.
Адриан искренне не понимал, зачем идти на работу в террористическую организацию с темным прошлым, даже если теперь оная организация встала на путь исправления (встала ли?), но слишком привык всюду ходить за другом хвостом.
А еще в организации были длинные отпуска, премии и красивая форма. Во время простоев между операциями они ходили по барам и пялились на азари-стриптизёрш, шутя, что даже шеф Цербера не смог бы устоять перед такой соблазнительной синей красотой.
Спасти мир по примеру Шепард его другу не удалось. Погиб на одной из стандартных операций по зачистке территории. Адриан читал рапорт с названием из вереницы цифр, читал и не мог убедить себя в том, что в этих дежурных фразах есть какой-то смысл.
Стоило уйти именно тогда.
Он остался - в память о. А если быть честным до конца, то остался, потому что не знал, куда еще можно отправиться с рекомендацией от Цербера. "Хэй, привет, знаете, как круто я умею убивать инопланетян? Могу и не инопланетян! Лишь бы зарплату не задерживали".
Только вот уйти пришлось все равно. Имплантанты - уже достаточно подозрительно. Ладно, окей, пережил послеоперационный период, действительно почувствовал себя сильнее.
Поводок из руки, хлысты из чистой энергии. Серьезно, что за дерьмо в голове у начальства?
Адриан не желал в этом разбираться.
А затем - улучшения прямо в мозг. Замечательные улучшения, люди после них возвращались беспредельно тихие и вдохновленные. Только людьми ли возвращались? Адриан улучил момент и снял с одного из таких шлем. Руки дрожать перестали только спустя полчаса, а сколько он пил в ту ночь... Вот вам и спасители человечества.
Альянс лучше? Что ж, он действительно так думал. Первые несколько дней. Фальшивые улыбки и двойные стандарты, как ни странно, были и здесь. Кроме того, здесь ему приходилось убивать тех, кому еще вчера прикрывал спину. Новые сопартийцы считали походы против Цербера пустяковым делом и выдумывали им нелепые прозвища. Адриана бил озноб.
Являющийся каждую ночь друг с глазами хаска играл с ним в покер, говорил, что мир полон дерьма, и исчезал с рассветом.
Разница состояла в том, что на стороне Альянса было принято каждое спорное с этической точки зрения решение называть героическим, завешивать белым платочком и гордиться, сука, гордиться.
Когда-нибудь Адриан сломается. И это будет больно.

А. знает, что скрывает А., и А. понимает это. А. не выдаст А., потому что видит мир черно-черным. А не попытается убить А., чтобы не не навлечь на себя подозрений.
В масштабе вселенной оба А. не имеют никакого значения.

@темы: mass effect